Максим Сергеев (pilgrimminstrel) wrote,
Максим Сергеев
pilgrimminstrel

Читая "Переландру" льюиса ина фоне Звёздных войн:

Теперь я оценил вашу правоту -- я
понял, что моя исключительная приверженность благу человечества
основана на неосознанном дуализме.
-- Что вы имеете в виду?
-- Вот что. Всю свою жизнь я совершенно ненаучно разделял
и противопоставлял Природу и Человека. Я полагал, что сражаюсь
за человека, против неодушевленной стихии. Пока я болел, я
занялся биологией, особенно тем, что назвал бы философией
природы. До тех пор, будучи физиком, я исключал жизнь из сферы
своих научных интересов. Меня не интересовали споры между теми
учеными, которые резко разделяют органику и неорганику, и теми,
кто считает жизнь изначально присущей любой материи. Теперь
меня это заинтересовало -- я понял, что в эволюции космоса нет
непоследовательности, нет скачка. Я стал убежденным сторонником
эволюционной теории. Все едино. Все -- вещество духа,
неосознанная сила, стремящаяся к цели, существующей изначально.
Он остановился. Рэнсом много раз слышал такие разговоры и
гадал, когда же его собеседник доберется до сути. Уэстон с еще
большей торжественностью возобновил свой монолог.
-- Величественное зрелище бессловесной, слепо нацеленной
силы, пробивающейся все выше и выше через возрастающую
сложность структур к вящей духовности и свободе, избавило меня
от всех предрассудков. Я больше не думал о долге перед
человеком как таковым. Человек сам по себе -- ничто.
Поступательное движение жизни -- возрастание в духовности --
это все. Охотно признаю, Рэнсом, что я поступил бы неправильно,
ликвидировав марсиан. Только предрассудок побуждал меня
предпочесть человеческий род их роду. Отныне я призван
распространять духовность, а не людей. Это поворотная веха в
моей жизни. Сперва я работал на себя, потом -- для науки, потом
-- ради человечества, теперь же я служу самому Духу. Если
хотите -- Святому Духу, на вашем языке.
-- О чем вы говорите? -- спросил Рэнсом.
-- О том, -- отвечал Уэстон, -- что нас уже ничто не
разделяет, кроме устаревших теологических мелочей, в которых, к
сожалению, запуталась официальная церковь. Мне удалось пробить
эту кору. Под ней -- все тот же, живой и истинный смысл. Если
позволите, скажу так: правота религиозного взгляда на жизнь
замечательно подтверждается тем, что тогда, на Марсе, вы сумели
на свой поэтический и мистический лад выразить истину, скрытую
от меня.
-- Я не разбираюсь в религиозных взглядах, -- хмуро сказал
Рэнсом. -- Понимаете, я -- христианин. Для нас Святой Дух --
совсем не слепая, бессловесная сила.
-- Дражайший Рэнсом, -- возразил Уэстон, -- я вполне
понимаю вас. Не сомневаюсь, что мой способ выражения удивляет,
если не шокирует вас. Прежние ваши представления -- весьма
почтенные -- мешают вам узнать в новой оболочке те самые
истины, которые долго хранила Церковь, и заново открыла наука.
Но видите вы их или не видите, мы, поверьте, говорим об одном и
том же.
-- Нет, не поверю.
-- Простите, но именно в этом главный изъян организованной
религии. Вы держитесь за формулы и не узнаете собственных
друзей. Бог -- это Дух, Рэнсом. Начнем отсюда. Это вы знаете;
этого и держитесь. Бог -- это Дух.
-- Ну, конечно. А дальше что?
-- Как это что? Дух... разум... свобода... я об этом и
говорю. Вот к чему направлена эволюция Вселенной. Я посвящаю
мою жизнь и жизнь человечества тому, чтобы полностью
высвободить эту свободу, эту духовность. Это -- Цель, Рэнсом,
Цель! Подумайте только, чистый дух, всепоглощающий вихрь
саморазвивающегося, самодовлеющего действия. Вот она, конечная
цель.
-- Конечная? -- переспросил Рэнсом. -- Значит, этого пока
еще нет?
-- А, -- сказал Уэстон, -- вот что вас смущает! Ну
конечно, религия учит, что Дух был с самого начала. Но велика
ли разница? Время не так уж много значит. Когда мы достигнем
цели, можно сказать, что так было не только в конце, но и в
начале. Все равно Дух выйдет за пределы времени.
-- Кстати, -- сказал Рэнсом, -- этот ваш дух похож на
личность? Он у вас живой?
Неописуемая гримаса исказила лицо Уэстона. Он подсел
поближе и заговорил потише:
-- Вот этого они и не понимают, -- шептал он, словно
заговорщик или школьник, задумавший какую-то пакость. Это было
совсем непохоже на его солидную, ученую речь, и Рэнсому стало
противно.
-- Да, -- продолжал Уэстон, -- я и сам раньше не верил.
Конечно, это не личность. Антропоморфизм -- один из ребяческих
предрассудков религии. -- Тут важность вернулась к нему. -- Но
излишняя абстракция -- тоже крайность. В конечном счете она еще
опаснее. Назовем это Силой. Великая, непостижимая сила
изливается на нас из темных начал бытия. Она сама избирает себе
орудие.
Только недавно, на собственном опыте я узнал кое-что из
того, во что вы верите. -- Тут он снова перешел на хриплый
шепот, совсем не похожий на его обычный голос: -- Вас
направляют. Вами управляют. Вы избраны. Я понял, что я--не
такой, как все. Почему я занялся физикой? Почему открыл лучи
Уэстона? Почему попал на Малакандру? Это Сила направляла меня.
Она меня вела. Теперь я знаю, я величайший ученый, таких еще не
было на свете. Я создан таким ради определенной цели. Через
меня действует Дух.
-- Послушайте, -- сказал Рэнсом, -- в таких делах нужна
осторожность. Духи, знаете ли, бывают разные.
-- Да? -- удивился Уэстон. -- Что вы хотите этим сказать?
-- Я хочу сказать, что не все духи хороши.
-- Но ведь Дух и есть благо. Дух -- это цель. Вы же,
вроде, стоите за духовность! В чем смысл этих ваших подвигов,
поста, безбрачия и так далее? Разве мы не приняли, что Бог --
это Дух? Разве вы не поэтому поклоняетесь Ему?
-- Господи, конечно нет! Мы поклоняемся Ему потому, что Он
-- благ и мудр. Совсем не всегда хорошо быть духом. Сатана тоже
дух.
-- Вот это замечание весьма интересно, -- подхватил
Уэстон, который уже полностью обрел свой прежний стиль. -- Это
очень любопытная черта простонародной веры -- вечно вы
разделяете, противопоставляете, создаете пары
противоположностей. Небо и ад, Бог и дьявол... Едва ли нужно
вам говорить, что я не признаю подобного дуализма, и всего
несколько недель назад отрицал оба члена этих пар как чистой
воды вымысел. Но я заблуждался, причину столь универсального
принципа надо искать глубже. Эти пары -- истинный портрет Духа,
автопортрет космической энергии, который сама она, Движущая
сила, запечатлела в нашем уме.
-- О чем это вы? -- переспросил Рэнсом. Он встал и теперь
ходил взад-вперед, ему было плохо, словно он очень устал.
-- Ваш Дьявол и ваш Бог -- образы одной и той же Силы, --
пояснил Уэстон. -- Небо -- портрет спереди, ад -- портрет
сзади. Небо -- светло и мирно, ад -- темен и неспокоен.
Следующая стадия эволюции, манящая нас вперед, -- это Бог, а
предыдущая стадия, нас извергающая, -- это Дьявол. Да ведь и
ваша религия утверждает, что бесы -- это падшие ангелы.
-- У вас получается наоборот, -- сказал Рэнсом. -- Ваши
ангелы -- это преуспевающие бесы.
-- Одно и то же, -- отрезал Уэстон. Они помолчали.
-- Послушайте, -- сказал Рэнсом. -- Мы плохо понимаем друг
друга. Мне кажется, что вы страшно, просто ужасно
заблуждаетесь. Но может быть, вы приспосабливаетесь к моим
"религиозным убеждениям" и говорите больше, чем думаете. Ведь
этот разговор о духах и силах -- просто метафора, правда?
Tags: Звёздные войны, аллюзии, книги, фильмы
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments